Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. Беларуску возле дома укусила змея. Через несколько часов женщина умерла
  2. «Это очень важная покупка в нашей жизни». Эксперт посоветовал, как не совершить одну из главных ошибок при выборе квартиры
  3. Лукашенко заявил, что война в Украине в ближайшие месяцы закончится
  4. «Пришло время офигительных историй». Беларус пошутил на закрытом мероприятии, а на него написали донос в милицейский чат-бот
  5. У самолета, летевшего из Минска в Москву, при заходе на посадку отказал двигатель — SHOT
  6. «Сместить такого человека, как Лукашенко, сложно». Интервью «Зеркала» с бывшим главой ЦРУ и Госдепа США Майком Помпео
  7. Демократы побеждают на выборах в Палату представителей и Сенат и получают контроль над Конгрессом США
  8. Лукашенко заявил, что зарплаты «по 500» достигнуты и «дальше надо зарабатывать». А какие заработки у учителей, медиков и соцработников?
  9. Под Минском обустроили закрытый городок для «любимого спецназа Лукашенко». Показываем, как он выглядит внутри и снаружи
  10. «Пейте антибиотики». Житель Слуцка после лечения зуба перенес три операции и умер — его вдова обвиняет медиков
  11. Он был главным идеологом Беларуси, но на пенсии покончил с собой. История чиновника, который травил Быкова и Короткевича
  12. «Пытались натравить девяносто человек на одну женщину»: что известно о давлении на политзаключенную Ольгу Бритикову в колонии
  13. «Мое возвращение — точно в тюрьму». Алесь Беляцкий — о примере Почобута и возможном реальном числе политзаключенных
  14. В Беларуси задержали представителей немецкого концерна Bayer. Компанию подозревают в многолетней схеме ухода от налогов
  15. «Доллар незаметно ушел на второй план». Беларусы поспорили, в какой валюте удобнее считать доходы и траты
  16. «Закономерность „цены на покупку падают — дешевеет аренда“ сейчас дает сбой». Что происходит на рынке жилья в Минске и городах-спутниках
  17. В Беларуси решили бороться с хитростью водителей на платных дорогах. Для этого подключили ИИ


Жительница Минска без лицензии оказывала услуги по ЛФК и во время одного из занятий сломала ребенку с инвалидностью бедренную кость. В отношении минчанки возбудили уголовное дело по ч. 2 ст. 335 УК (Незаконное врачевание). Чем закончилось дело?

Фото: pixabay.com
Снимок носит иллюстративный характер. Фото: pixabay.com

Ситуация произошла в марте 2022 года. Медсестра проводила ЛФК с несовершеннолетним ребенком с инвалидностью. Во время одного из занятий специалист вместе с девочкой делала упражнение, во время которого сильно надавила на ее ноги — в результате послышался звук, похожий на щелчок, у потерпевшей быстро начало отекать бедро.

Медсестра сразу же позвала мать ребенка, та вызвала скорую. Приехавшие врачи наложили шину. Позже ребенку диагностировали закрытый перелом бедренной кости со смещением отломков. Такая травма опасна для жизни и квалифицируется как тяжкое телесное повреждение.

Мать девочки подала на специалистку в суд. На заседании она рассказала, что нашла медработника по рекомендации знакомой. По ее словам, та раньше работала в реабилитационном центре. Документы, подтверждающие образование и опыт работы, женщина у медика не запрашивала.

Уже в суде мама ребенка запросила крупную компенсацию морального и материального ущерба, а также расходов на оказание юридической помощи и комиссионного вознаграждения по платежам в общей сложности на 100 тысяч рублей.

Медсестра, проводившая ЛФК ребенку, рассказала, что окончила Оршанский медколледж. А позже — Белорусский государственный университет физкультуры по специальности «инструктор-методист по физической реабилитации, преподаватель физкультуры», проходила курсы повышения квалификации. Но официально на момент оказания услуг не работала и не получала лицензию на частную практику.

Суд признал медика виновной в незаконном врачевании, которое повлекло по неосторожности причинение тяжкого телесного повреждения. Женщине назначили три с половиной года «домашней химии», ее на три года лишили права заниматься медицинской деятельностью.

Также по решению суда она должна будет выплатить компенсацию семье, но заметно меньшую, чем запрашивала мать потерпевшей, — 30 тысяч рублей.

Приговор в законную силу не вступил и еще может быть обжалован.