Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. Вплоть до мокрого снега. Какой будет погода в Беларуси на следующей неделе
  2. Такое случилось впервые: курс доллара остановился. Прогноз по валютам
  3. В Беларуси безработица упала до исторического минимума. В борьбе за работников компании продолжают повышать зарплаты
  4. «Пытались натравить девяносто человек на одну женщину»: что известно о давлении на политзаключенную Ольгу Бритикову в колонии
  5. Беларуска подалась на польскую визу вместе с ребенком — итоговое решение поставило ее в тупик
  6. СК начал спецпроизводство в отношении еще двух беларусов
  7. Под Минском обустроили закрытый городок для «любимого спецназа Лукашенко». Показываем, как он выглядит внутри и снаружи
  8. С 4 ноября дорожает топливо
  9. Росстат прокомментировал атаку «Киберпартизан» и Silent Crow
  10. Правительство доложило Лукашенко о сложностях с завершением работ по строительству «флагманского проекта для страны»
  11. «Я разорвал КГБ очко и оставляю вам его в подарок». Ковригин рассказал, как тайно съездил в Беларусь и остался незамеченным
  12. Конфеты с цианидом. Рассказываем о страшном преступлении, которое изменило Хеллоуин навсегда


В понедельник, 4 апреля, в Витебске вышел на свободу активист Борис Хамайда после 20-дневного ареста. Мужчину задержали за «пикетирование с двумя лентами: бело-красно-белой и сине-желтой». А когда активист вышел на свободу, оказалось, что его телефон продали сотрудники милиции, пишет «Витебская весна».

Фото: "Віцебская вясна"
Фото: «Віцебская вясна»

Активиста задержали 15 марта за сине-желтую ленточку, обвинив по статье 24.23 КоАП за участие в несанкционированном пикетировании. Выйдя на свободу, мужчина рассказал, что пока он находился за решеткой, сотрудники милиции зарегистрировались в Telegram от его имени и продали старый, еще «кнопочный» телефон активиста.

— Я показываю постановление суда о том, что телефон нужно вернуть, но милиционер говорит, что его уже продали. Мол, продан за 15 рублей, а деньги пошли на погашение моих предыдущих штрафов, — рассказал Борис Хамайда.